Все борются за власть — мы боремся за жизнь.

Выступление на круглом столе, посвященном опасным последствиям добычи сланцевого газа

Глеб Фетисов
Председатель партии
Добрый день, уважаемые коллеги, друзья! 
 
Мы собрались сегодня вместе – не от хорошей жизни. Нас сплотила общая беда!
 
У российских десантников есть девиз: «Никто, кроме нас!» Предлагаю сделать эти слова лейтмотивом нашей встречи. А саму встречу назвать не «круглым столом», а мозговым штурмом. Необходим поиск и выработка совместных решений и конкретные действия в защиту Белгорода от угрозы второго Чернобыля.
 
Уже сегодня «Royal Dutch Shell» развернул работы по сланцевому газу Юзовской площади в Харьковской области.
 
Буквально только что появилось и соглашение с другой транснациональной компанией – Chevron – по Олесской газоносной площади в Карпатах.
 
Эко-активисты свидетельствуют о том, что в ряде других регионов, не затронутых официально заявленными проектами транснациональных компаний, силами местных подрядчиков также ведутся буровые работы предположительно геологоразведочного характера.
 
Правительство Украины видит в добыче сланцевого газа путь к энергетической диверсификации. Но общественность Украины, а также жители соседних с Украиной российских регионов выражают серьезную озабоченность: цена энергетической самостоятельности – это прямой ущерб здоровью людей.
 
Мое твердое убеждение: добыча сланцевого газа в Украине спорна с точки зрения экономической эффективности и при этом может создать масштабные экологические проблемы для жителей как Украины, так и граничащих с ней регионов России и других стран.
 
Исследования ученых свидетельствуют: это очень опасно, и с большой долей вероятности приведет к экологическому бедствию. 
 
А как экономист, я, если честно, не понимаю их смысла.
 
В итоге, мы имеем дорогой, сложный, рискованный,  спорный по своим экономическим характеристикам проект – но его все равно реализуют.
 
Экономический аспект добычи сланцевого газа вызывает множество вопросов. Сторонники «сланцевой революции» в Украине приводят в качестве положительного примера США, где какое-то время подобные проекты пользовались большой популярностью. 
 
Однако, слишком большая разница между этими двумя странами.
 
Возьмем хотя бы чисто природные факторы: в Украине газоносные горизонты имеют малую концентрацию и рассредоточены по огромным площадям (до 12 тысяч квадратных километров), да и глубины залегания в среднем в 2-3 раза ниже, чем в США. Это требует бурения большого количества скважин (в 50-100 раз больше, чем для традиционного газа), стоимость которых выше обычных в 2-4 раза. А сложное геологическое строение обусловливает необходимость применения необычных технических решений чуть ли не для каждого пласта в отдельности.
 
Еще один немаловажный фактор: США имеют огромную площадь, месторождения сланцевого газа у них приходятся на обширные малонаселенные территории. При всем вреде бурения с использованием технологии гидроразрыва пласта, оно хотя бы не наносит вреда здоровью жителям окрестностей. А Украина – страна компактная, густонаселенная, и так же густо заселены граничащие с ней российские регионы.
 
Там, где предполагается развернуть буровые работы, проживают десятки тысяч людей, и их здоровью угрожает реальная опасность.
 
Ущерб будет колоссальным!
 
Я изучил встречающиеся в открытых источниках мнения: так, украинский эксперт в области нефтегазодобычи Геннадий Рябцев утверждает, что долгосрочная разработка сланцевого газа в Украине будет рентабельной при его себестоимости $140-210 за 1000 м3 и очень высоких ценах на традиционный газ. Для сравнения: в США добыча сланцевого газа является конкурентоспособной при цене обычного газа более $144 за 1000 м3.
 
А в Восточной Европе, по самым оптимистичным оценкам, точка безубыточности добычи такого газа достигается при цене традиционного газа $214 в Венгрии и $360 в Польше за 1000 м3. В Украине цифры могут быть еще выше: около $400 за 1000 м3.
 
Напомню: цена на российский газ для Украины на начало октября колеблется в районе $400-410 за 1000 м3 и могут еще снизиться по доброй воле «Газпром» и правительства России.
 
Таким образом, проекты по добыче сланцевого газа в Украине уже балансируют на грани убыточности.
 
Экологический аспект вопроса еще более сомнителен, чем экономический. Сланцевый газ (в отличие от добываемого обычным способом) относится к трудноизвлекаемым природным ресурсам. Ведь он содержится в плотных породах с очень мелкими порами.
 
Чтобы «достать» его оттуда, используют технологию гидроразрыва пласта (ГРП): в скважину закачивают миллионы литров жидкости, содержащей песок, воду и высокотоксичные химикаты.
 
В «коктейле», применяемом для гидроразрыва пласта, содержатся в высоких концентрациях кислоты, диэтилформамид (сильно токсичен, оказывает сильное раздражающее действие, поражает нервную систему и печень, при хроническом отравлении вызывает токсический гепатит), изопропанол (вещество 3 класса опасности, сильно токсичен, поражает нервную систему и печень), и другие яды.
 
«Известно, что для проведения  гидроразрыва пласта требуется дорогостоящее оборудование и персонал высокой квалификации: стоит допустить ошибку, и через неконтролируемо распространяющиеся трещины в породе ядовитый раствор попадает в подземные воды, оттуда в водоемы, а оттуда – в водозаборы населенных пунктов. 
В зоне риска окажутся не только жители ближайших окрестностей. Токсичные грунтовые воды могут «путешествовать» на большие расстояния, отравляя людей, живущих в десятках километров от места бурения. А ведь особенность технологии добычи сланцевого газа состоит в непрерывном бурении большого числа скважин и частом проведении ГРП. 
 
В итоге, вероятность экологической катастрофы многократно увеличивается.
 
Кроме того, отработанный ядовитый раствор необходимо откачивать и утилизировать.  Токсичные отходы, размещаемые на поверхности, в результате аварийных ситуаций могут попасть в поверхностные водотоки.
 
Развертывание добычи сланцевого газа угрожает сделать их опасными для здоровья жителей обеих стран – и Украины, и России. Загрязнение подземных горизонтов, используемых для питьевого водоснабжения, тоже может носить трансграничный характер. Как минимум, необходимо провести оценку планов ликвидации авариных ситуаций с точки зрения трансграничного воздействия, прежде чем что-либо окончательно решать.
 
В частности, разработка Олесской площади может не только поставить «крест» на Закарпатье как на аграрном и туристическом регионе, но и накалить экологическую обстановку в приграничных областях Венгрии и Румынии.
 
Само по себе стремление Украины к поиску энергетических альтернатив – тенденция позитивная. Украинцы пытаются найти новый, более разумный подход к добыче и расходованию нефти и газа, наладить производство альтернативы ископаемым углеводородам – биогаза и других видов биотоплива на основе вторичных или возобновляемых ресурсов.
 
Хочу напомнить, что мораторий на использование гидроразрыва пласта введен на ряде территорий США. Запрещено добывать сланцевый газ в Голландии, Люксембурге, Болгарии, землях Нижняя Саксония и Северный Рейн-Вестфалия (ФРГ). А во Франции вообще введена уголовная ответственность за бурение с использованием гидроразрыва пласта.
 
В целом ряде развитых стран сланцевый газ не добывают, поскольку заботятся об экологической безопасности и здоровье населения. Как лидер экологической партии, считаю необходимым обратить внимание руководства и России, и Украины, на то, что противоречия между ними, натолкнувшие Киев на идею добычи сланцевого газа, могут привести к экологической катастрофе в обеих странах сразу.
 
В то же время, добыча сланцевого газа и сланцевой нефти на собственной территории не сегодня-завтра станет проблемой и для России. В марте 2013 года Правительство России утвердило госпрограмму «Воспроизводство и использование природных ресурсов», предусматривающую «проведение работ по оценке ресурсов и запасов сланцевого газа, газовых гидратов и метана угольных пластов, прежде всего, в регионах с недостаточной обеспеченностью нефтью и газом». В свете этого в наших интересах как можно быстрее осмыслить проблемы, создаваемые добычей сланцевого газа в России и Украине, и найти пути решения этой проблемы.
 
Спасибо за внимание. 
 
13 октября 2013 г.
г. Белгород

Комментарии