Все борются за власть — мы боремся за жизнь.

«Новой стратегии развития региона нужны не сценарии, а результаты»

Глеб Фетисов
Председатель партии

Совет по изучению производительных сил Минэкономразвития РФ и РАН (СОПС) под руководством Глеба Фетисова закончит к началу октября разработку новой концепции социально экономического развития Северной Осетии-Алании. Разработке концепции предшествовали многочисленные рабочие совещания и встречи с ведущими осетинскими учеными, бизнесменами, представителями власти. В преддверии презентации этого документа о том, какие рецепты могут сработать, известный ученый, бизнесмен и политик рассказал редакции газеты «Северная Осетия».

Ровно два года назад Правительством России была утверждена «Стратегия социально-экономического развития Северо-Кавказского федерального округа до 2025 г.». На стратегию возлагались большие надежды: в округе живет каждый десятый россиянин, планировалось выровнять динамику развития хотя бы до уровня в среднем по стране. Что же удалось сделать за это время?

Начнем с того, что согласно Стратегии к концу 2012 года должны были сформироваться основы будущего развития Северного Кавказа и «запущены наиболее значимые инновационные проекты и определены новые инвестиционные возможности». Оглядитесь вокруг. Где эти проекты и возможности?

Несмотря на колоссальные финансовые вливания из федерального центра, округ не вышел на контрольные показатели даже самого пессимистического сценария. Уровень безработицы – согласитесь, ключевой показатель – даже растет. Это несостоятельный результат для округа, консолидированные бюджеты регионов которого, минимум на 60% состоят из дотаций.

КТО ВИНОВАТ И ЧТО ДЕЛАТЬ?

Я, как политик и ученый могу сказать, что, прежде всего проблема в отсутствии четкого и систематизированного понимания долгосрочной роли и предназначения Северного Кавказа в системе хозяйственных и социокультурных связей: в России и в мире в целом. И как следствие – неверный выбор приоритетов.

ЧТО ПРЕДЛАГАЕТ «СТРАТЕГИЯ» РЕСПУБЛИКЕ?

Туризм? Но он предполагает стабильность и безопасность, о которых пока приходится только мечтать. В условиях назревающего обострения мирового финансового кризиса стоит забыть и о частных инвестициях в дорогостоящую инфраструктуру, а значит и о сколь-либо значимых потоках туристов. Развитие агропромышленного комплекса? Но оно, скорее, вернет регион к реалиям ХХ века, консервации неэффективной структуры экономики, чем к ее прорывной модернизации. Плюс вопрос конкурентоспособности отдельных отраслей агрокомплекса, в том числе с соседями по ЮФО. Не гарантированно, что Северный Кавказ окажется впереди.

Во-вторых, Стратегия предполагает несколько «сценариев» с удивительным разбросом индикаторов развития. Что это значит? Приведу несложный пример. В зависимости от сценария, валовый внутренний продукт должен достичь соответственно 133 и 219 тысяч рублей на душу населения, заработная плата – 14 и 24 тысяч рублей, потребление электроэнергии в макрорегионе – 43 и 70 миллиардов кВтч. Чувствуете разницу? Первый вариант показателя – «инерционный», второй – «оптимистический». Назвать его «инновационным» у разработчиков, видимо, не повернулся язык. И какой бы результат ни был достигнут, можно будет отчитаться, что «Стратегия выполнена, и жизнь удалась».

В Стратегию был заложен целый ряд абсолютно нереалистичных, не учитывающих специфику региона идей. Например, вместо разработки программы создания трудоемких
производств, обеспечивающих создание в Федеральном округе максимально возможного числа рабочих мест, в Стратегии было предложено создание «Агентства трудовой
миграции», главная цель которого – обеспечить экспорт рабочей силы в другие регионы страны. Это абсолютно не соответствует ментальности жителей Северного Кавказа. Кроме этого, уже и так существует Федеральная миграционная служба, и агентство просто дублирует его функцию. Другой пример. Делается акцент на массовое возвращение на Северный Кавказ русского населения. А организационных и финансовых механизмов, которые бы его обеспечили – нет. Как нет и правовой базы, подкрепляющей развитие округа на уровне входящих в него регионов.

Наконец, практически обошли вниманием основную проблему региона – межнациональные и межрелигиозные конфликты – без преодоления которых перспективное развитие здесь попросту невозможно.

Стратегию как будто разрабатывали люди, далекие от региональной экономики и не понимающие актуальных проблем развития Северо-Кавказского региона.

Долгосрочная Стратегия развития округа должна опираться на общепринятый в мире принцип госрегулирования территориальных пропорций роста. Ключевая задача региональной
политики – создание рабочих мест. И решается она, прежде всего, за счет общественного сектора экономики. В экономически слабых регионах частный сектор, как правило, не в состоянии обеспечить экономический рост. Поэтому именно государство и бюджетные предприятия должны вовлекать в хозяйственный оборот неиспользованные трудовые ресурсы.

Я убежден, что нужна новая Стратегия развития Северного Кавказа. Разрабатывать ее должны не чиновники, а профессионалыэкономисты, занимающиеся проблемами
регионального развития. Свое видение разрешения сложившихся проблем у нас есть.

Прежде всего, нужно четко определить миссию макрорегиона. Она, на мой взгляд, не может не состоять в функции ключевого форпоста на южных рубежах России в непосредственной близости от бурлящих, политически нестабильных стран Западной Азии. Экономическое развитие региона должно быть ориентировано на выстраивание «мостов
сотрудничества» с государствамисоседями, на участие в единой экономике всего Кавказа и прилежащих территорий. При этом уровень безопасности и стабильности должен быть выше, чем у соседей.

В социальном плане округ должен стать лабораторией для формирования полиэтничной российской нации, с ярко выраженной свойственной кавказскому темпераменту, гражданской позицией. Это важнейшая задача – на ее решение уйдет несколько десятилетий.

Подобный подход к роли региона предполагает серьезный трансферт федеральных фондов. Но эта мера вынужденная и временная. В Стратегии нужно четко указать, что задачей выступает обеспечение самоподдерживающегося развития региона и – лишь в отдаленной перспективе, по мере реализации новой Стратегии, – полный отказ от федеральных дотаций.

Коль скоро определена миссия, можно конкретизировать и главные задачи. В экономической сфере они лежат, прежде всего, в создании диверсифицированной экономики и нормальных условий для бизнеса. Ни сельское хозяйство, ни туризм с их сезонной занятостью, не решат проблемы создания рабочих мест. На мой взгляд, выход из тупика заключается не в «вывозе» рабочей силы в центральные области России. Нужно создать на самом Северном Кавказе мощную индустриальную базу и достаточное количество постоянных рабочих мест. Это оживит экономику и наполнит местные бюджеты.

В политической сфере главное – активизация взаимодействия между отдельными субъектами Федерации округа, сокращение барьеров для ведения бизнеса, жесткая борьба с проявлениями национализма, противостояние процессам превращения отдельных региональных руководителей в феодальных князей с собственными армиями. Пока не будет установлен незыблемый правопорядок, задачу экономического развития мы точно не решим.

Четко поставленная задача позволяет определить методы ее решения. А заодно – круг исполнителей – государственных органов и компаний. Мне представляется, что именно госкорпорации могли бы своими инвестиционными программами дать мощный импульс развитию округа, перенеся в него новые обрабатывающие производства. В свою очередь, государство могло бы обеспечить налоговые и другие преференции развивающемуся здесь бизнесу. В ближайшие годы необходимо начать интенсивное формирование в регионе
кластеров промышленных предприятий в обрабатывающих отраслях с повышенным уровнем трудоемкости, создаваемых на основе передовых технологий. Эти предприятия
должны быть ориентированы на первом этапе на поставку продукции по госзаказу для общефедеральных нужд. При этом высококвалифицированный кадровый состав каждого предприятия должен формироваться путем привлечения на договорной основе специалистов из других частей России, чтобы обеспечивать передачу производственного и управленческого опыта. А миграция в другие регионы страны должна ограничиваться созданием специальных строительных и производственных бригад, выезжающих на временной основе и затем возвращающихся обратно в регион.

В развитии социально-культурной сферы основной акцент – на среднее профессиональное образование. Престижность его в большей части России утрачена, но именно в регионе с относительно низким уровнем жизни спрос на такое образование станет достаточно высоким. Северный Кавказ может оказаться первым в деле возрождения профессионально-технического образования в стране. Почему бы не возродить советскую практику целевой подготовки кадров из северокавказских республик – при условии их возвращения на работу в свой регион?

Чтобы экономика округа сохраняла конкурентоспособность на долгосрочный период, нужно модернизировать, а затем постоянно развивать энергетическую, транспортную и инженерную инфраструктуру. И львиную долю необходимых средств должен дать федеральный бюджет – другого выхода нет.

Далее. Развитие инфраструктурных отраслей позволит лучше использовать очень выгодное геоэкономическое положение региона и его транзитный потенциал. Интенсифицируется
сотрудничество со странами Ближнего Востока, Средней Азии, Закавказья и Каспийского макрорегиона. По мере роста грузоперевозок развитие транспортной инфраструктуры может быть обеспечено модернизацией автомобильных, железнодорожных и трубопроводных коммуникаций, созданием сети аэропортов (в том числе для малой авиации) и крупных
логистических комплексов.

Северный Кавказ должен получить все преимущества современной рыночной инфраструктуры – оптовой и розничной торговли, операций с земельными участками и недвижимым имуществом, комплекса услуг для населения и бизнеса. Развитие в округе финансового сектора экономики, учитывая значительные масштабы финансовых потоков из федерального бюджета, должно осуществляться под жестким контролем федеральных органов государственной власти.

Наконец, большую интегрирующую роль сыграют крупные межрегиональные проекты северокавказских республик, например, создание и развитие образовательного кластера, рациональное использование и охрана общих водных ресурсов – например, бассейна реки Терек.

Можно еще долго говорить об отдельных элементах Стратегии развития Северного Кавказа, но давайте вернемся к тому, с чего мы начали. Сейчас часто вспоминают опыт экономического развития Советского Союза, и несколько реже – опыт современного Китая. Планы развития в этих странах не были и не являются сценарными; они четко ориентированы на достижение целевых показателей. Новой Стратегии развития Северо-Кавказского федерального округа нужны не сценарии, а результаты.

Только оценив задачи развития, его ограничения и риски, имеет смысл предлагать четкую программу действий и обозначать те показатели, которых мы намерены достичь. Нужно установить контрольные сроки их достижения, ответственных за реализацию поставленных целей, и, простите за тавтологию, меру их ответственности. Только представив этот план живущим здесь людям, можно заручиться их поддержкой, вовлечь в активную экономическую жизнь сотни тысяч людей, у которых сформировалась психология если не иждивенцев, то изгоев. Новая эффективная Стратегия для Северного Кавказа – «безусловное условие» мира и процветания в регионе и залог национальной безопасности всей страны.

Комментарии