Все борются за власть — мы боремся за жизнь.

ESG-инициативы экспортеров — национальный проект или «вишенка на торте»?

Экспортеры в большей степени, чем какие-либо другие компании следуют общемировым экологическим, социальным и корпоративным нормам. На конференции «ESG-инвестиции в России: на пути к зеленой экономике», организованной «Ведомостями», было высказано предположение, что разрозненные действия экспортных компаний могут быть сведены воедино и получат статус национального проекта.

Эту мысль высказал Андрей Шаронов, президент Московской школы управления «Сколково», бывший заместитель министра экономического развития и торговли РФ. «Предполагаю, что сейчас в России начнется реализация национального проекта в области ESG без участия правительства. Его драйверами станут экспортеры — серьезные коммерческие организации, которые работают на международных, прежде всего, западных рынках. Они будут вынуждены отстраивать как свои производственные процессы, так и цепочки поставок по самым высоким ESG-требованиям, чтобы их не выдавили с международных рынков. Правительство поддержит эту инициативу, власти никакого государства не заинтересованы в том, чтобы его экспортеры теряли покупателей».

Олег Сысуев, президент, первый заместитель председателя совета директоров Альфа-банка, согласен с этой точкой зрения. По его мнению, отечественный бизнес становится более зрелым, поэтому он станет драйвером этого процесса. Не в силу моды на ESG или имиджа, а потому, что без этого он может сильно пострадать.

О том, насколько охотно российские экспортеры включаются в этот процесс, рассказал Максим Назимок, заместитель генерального директора по финансам компании «Полиметалл». «Поначалу это действительно был импульс снаружи, но затем он нашел большой отклик внутри самой компании, — отметил эксперт. — Ответственное инвестирование сейчас переживает взрывной рост». Но речь идет не об общем увеличении объема доступных средств, инвесторы уводят их из обычных фондов в ESG-фонды. «Для ответственных компаний — это, скорее, возможность расширить финансирование, для компаний, отставших в ESG-повестке — это, скорее, риск», — говорит Максим Назимок.

Примечательно, что на Западе ESG-повестка, зачастую, заслоняет даже бизнес-вопросы, иногда в ущерб бизнесу, что тоже вызывает недовольство инвесторов и акционеров. Но несмотря на перегибы, идет реальное переосмысление не только стоимости, но и миссии компаний. «Буквально за последние два года фокус внимания инвесторов сместился в сторону климатической повестки, климатические риски воспринимаются очень серьезно и их снижение находятся в числе основных приоритетов. Вопросы со стороны инвесторов: «Есть ли у вас план по достижении безуглеродности? Подписались ли вы под траекторией выполнения Парижского соглашения?» — это уже свершившаяся реальность, — считает эксперт. — Наши энергетические проекты мы также тестируем на предмет риска выплаты углеродных сборов странам ЕС. На горизонте пяти-семи лет этот фактор, скорее всего, станет реальностью при принятии инвестиционных решений».

Еще пример: в 2017 году РУСАЛ начал выпускать алюминий под брендом ALLOW. Это низкоуглеродный металл с независимой верификацией углеродного следа. Рассказывает Олег Мухамедшин, заместитель генерального директора по стратегии и рынкам капитала En+ Group (основной акционер РУСАЛа): «Четыре года назад, мы предположили, что этот продукт будет востребован. Но не было понимания, какой будет премия за безуглеродность и согласятся ли потребители ее платить. Зачем им нужен такой же биржевой продукт, как и обычный алюминий, но по более высокой цене?»

Сейчас он не просто востребован, но и крайне популярен у ответственных потребителей. «Мы видим, насколько вырос спрос на этот продукт со стороны наших клиентов, он стал дефицитным товаром, премия за него растет, — утверждает топ-менеджер En+. -- Многие страны объявили о планах достижения углеродной нейтральности к 2050 году. Еще два-три года назад казалось, что это нереально, сейчас со 100-процентной уверенностью можно говорить, что эти обязательства будут выполнены. Если En+ не будет меняться, она лишится перспектив. Ей придется закрывать заводы, терять долю рынка. Чтобы этого не произошло в начале этого года компания объявила о планах снижения углеродных выбросов к 2030 году на 35% от уровня 2018 года и достижение нулевого баланса выбросов к 2050 году».

«Ведомости Экология» обратились за комментарием по поводу этих инициатив к Александру Закондырину, председателю Общественного совета Минприроды РФ. Он уверен, что одних только экологических инициатив экспортеров недостаточно для сохранения их доли на международных рынках.

«Главная проблема на сегодняшний день — отсутствие согласованных национальных правил углеродного регулирования и их верификации с европейскими правилами, — рассказал эксперт. — Без этого, российские компании уже в ближайшем году будут вынуждены платить достаточно серьезные углеродные сборы при экспорте своей продукции в страны ЕС, которые являются нашими ключевыми партнерами. Насколько я знаю, главное препятствие заключается в том, что европейские коллеги не хотят учитывать при расчете выбросов углерода поглощающие свойства российских лесов. Это главный камень преткновения между РФ и ЕС в этом направлении. Пока этот вопрос не урегулируют, все остальное не будет иметь практического значения».

Александр Закондырин считает: то, что делают российские экспортеры, безусловно, хорошее начинание, но не более. «Пока это лишь красивая «вишенка на торте». Если мы будем вынуждены платить углеродный сбор, это приведет к серьезному удорожанию российской экспортной продукции», — заявил он.

Источник: https://www.vedomosti.ru/ecology/esg/articles/2021/11/30/898241-esg-init...

Комментарии